Category: общество

слон

Трудности перевода

В отеле, где я остановился, возле бассейнов стоят три таких информационных щита.



Первая надпись на испанском запрещает купаться в бассейне в футболках. Надпись на английском... разрешает.

Хотя, действительно, у местных нет нашей традиции плавать в море. И они просто "отмокают" там, на мелководье, в майках.

Collapse )
слон

В Эспаньоле

1.После Испании наступила очередь Эспаньолы – маленькой Испании. Перелет туда длился 12 часов. Самолет был очень тесный, ноги помещались с трудом и _ мне_ спать было невозможно. Наблюдал за пассажирами. У некоторых были совершенно разные лица, когда они спали и когда бодрствовали. Просыпаясь, люди одевали маски? На обратном пути летели на новом просторном 777 с медведями. И те, кто докупали места, потратили деньги зря.

2.В отеле не все было ок, но неисправности в конце концов либо устраняли, либо туристов переселяли. На пятый день на эти проблемы стало наплевать. Понял, что все доминиканцы на таком же расслабоне. А посмотрев на помойку вокруг отеля, проникся и осознал, что живу хоть и в трехзвездочном, но раю.


Охранник с помповиком на страже отеля.
Collapse )
право имею

3. Игорь Иванович



Игорь Иванович. Представитель по связям с общественностью. Автор запатентованного изобретения. Владелец похоронного бизнеса. Вегетарианец (ни разу не шучу). Планшет в руке - для масштаба.

Collapse )
волшебник в вертолете

Шотландские вдовы

Вообще, шотландцы могут поспорить с евреями по количеству талантов на душу населения. Скотты преуспели во всем – от литературы (три основных британских писателя XIX века – из Шотландии) до изобретения проволоки. И они же создали страховой пенсионный фонд.
«В 1744 году два шотландских священника-пресвитерианца, Александр Вебстер и Роберт Уоллес, задумали основать страховой фонд, чтобы обеспечить пенсией вдов и сирот священнослужителей. Идея заключалась в том, чтобы все священники вносили небольшую часть своего дохода в фонд, деньги вкладывались в ценные бумаги и, если кто-то из вкладчиков умирал, его вдова получала от фонда дивиденды, на которые могла безбедно жить до конца своей жизни. Но, чтобы подсчитать, какую сумму должен заплатить каждый священник, чтобы фонд мог выполнять взятые на себя обязательства, Вебстеру и Уоллесу нужно было предвидеть, сколько священников будет умирать ежегодно, сколько останется вдов и сирот и на сколько лет вдовы переживут мужей.
Collapse )
волшебник в вертолете

О мифах и вечных ценностях

Затяжные новогодние существуют не для того, чтобы долбить по печени. И вот я добрался до книги «Sapiens. Краткая история человечества», автор - Юваль Ной Харари, израильский профессор-медиевист. В своей книге он остроумно и сжато излагает историю человечества, рассказывая, в частности, о мифах, на фундаменте которых стоит наше общество, и о "вечных ценностях".

Так, проанализировав законы Хаммурапи и Декларацию независимости, автор отмечает: «хотя и Кодекс Хаммурапи, и Декларация независимости апеллируют к универсальным и вечным принципам справедливости, но американский документ исходит из природного равенства всех людей, а вавилонский — из их заведомого неравенства. Очевидно одна из сторон неправа? Американцы, разумеется, будут настаивать на своей правоте, а неправым сочтут Хаммурапи. Хаммурапи, естественно, возразил бы, что прав он, а заблуждаются американцы. По правде говоря, заблуждаются и американцы, и вавилонский владыка. И Хаммурапи, и американские отцы-основатели представляли себе мир, где правят всеобщие и неизменные принципы справедливости, будь то принцип равенства или иерархии. Но эти принципы существуют исключительно в богатом воображении сапиенсов, в тех мифах, которые люди сочиняют и рассказывают друг другу».
Но, как отмечает Харари, «воображаемый порядок — не злонамеренный заговор и не пустой мираж. Напротив, это единственный способ, с помощью которого могут эффективно взаимодействовать огромные человеческие массы. Но заметьте, что такими же доводами и Хаммурапи мог бы отстаивать свой иерархический принцип: «Я знаю, что аристократы, простонародье и рабы не столь уж разные человеческие породы. Но если мы поверим в их безусловное различие, то сможем построить стабильное и процветающее общество».

В книге есть много интересной фактуры.

Collapse )
цезарь

Немного о рабстве - от Древнего Рима до Нового времени

Не претендуя на раскрытие на темы, просто приведу фрагменты из книг двух историков экономики.

Рассмотрев оценки населения Римской империи, сделанные различными историками, Ангус Мэддисон («Контуры мировой экономики») предполагает, что к  14 г.н.э.  на Апеннинском полуострове  проживали 4,5 млн. свободных и 2,5 млн. рабов, на территории остальной империи – 35 млн. свободных и два миллиона рабов. То есть, в целом на 44 млн. жителей Империи приходилось 4,5 млн. рабов. При этом норму занятости для свободных Мэддисон оценивает в 0,36, а для рабов – в 0,8 (с.81), то есть на 14 с лишним миллионов занятых в экономике свободных приходилось 3, 6 млн. рабов. Значительная часть их была занята в сельском хозяйстве и горнорудных предприятий. Понятно, что цифры оценочные и приблизительные, но они дают в целом представление о роли рабства в Империи.

Более высокая норма занятости среди рабов объясняется и тем, что значительная часть их поступала в Империю из-вне, взрослыми. Но роль и доля замещения рабов посредством репродукции в Древнем Риме оценивается  по-разному.  В книге приводятся две полярные оценки. Так, по Шейделю необходимо было ежегодно ввозить «14 тыс.  молодых варваров», по Харрису – 225 тыс. (с.69). По мнению, Мэддисона, истина где-то посередине. Сравнивая положение рабов в Древнем Риме с положением их в Америке нового времени, автор обращает внимание на тяжелое положение их в Вест-Индии и Бразилии, и проводит аналогии с Соединенными Штатами (до гражданской войны). Но замечает, что в  Риме не было расизма, т.е. возможности для интеграции вольноотпущенников  были выше.

Collapse )
волшебник в вертолете

"Сибирь и первые американцы"

Авторы - Васильев, Березкин и Козинцев. Книга не новая, но на нее стоит обратить внимание. Это - большой труд, в котором разбираются различные гипотезы заселения Америки и рассматриваются различные методы исследований этой проблемы (вплоть до исследования зубов).


Для меня сюрпризом были сходные сюжеты в мифологии Старого и Нового света, например, о быке, который запирает нору в Земле, чтобы оттуда не выбрались все люди.
При этом авторы не являются сторонниками теории оверкилла, объясняющего гибель американской мегафауны. Об оверкилле второго порядка вообще не упоминают. В исследовании Сванте Паабе они тоже не разобрались.

В книге есть много интересных  фактов. Так, например, «на юго-западе наряду с разрезами есть и особый, нигде более не встречающийся источник знаний о растительности далекого прошлого. Это видные в расщелинах скал гнезда древесных крыс. Свое название зверек получил не потому, что лазает по деревьям (во многих местах его обитания и деревьев-то нет), а потому, что собирает для строительства гнезда любые веточки. При этом далеко крыса не бегает: подбирает лишь то, что находит в радиусе нескольких десятков метров. При раскопках пещер на юго-западе нельзя оставлять на ночь мелкий инструмент ― кисточка или нож на следующее утро уже будут украшать ближайшее к раскопу гнездо» (с.39). Представил себе крысу, скрысившую нож. Наше вам с кисточкой!

Collapse )